Однажды в полнолуние

С режиссером спектакля Гербертом Лаукштейном встретились более чем за неделю до премьеры. Я хотела узнать, каковы ощущения перед большим днем, но он ответил, что по-настоящему оценить все можно, только когда в зал входят зрители. Зрители вошли в зал 14 марта и в следующий раз спектакль можно посмотреть 17 апреля, однако на момент написания статьи в зале оставалось три места.

Герберт Лаукштейнс - режиссер.

Автор Джейна Саулите.

- Как проходил процесс создания спектакля?

- Всегда есть ощущение таинственности. Многое надо свести воедино, от базовых дел до нюансов, в этом и заключается тайна, как в конечном итоге получится. Любой спектакль в любом жанре, комедия, трагедия или драма, рождается и оживает только тогда, когда в зал заходят зрители. Процесс интересный - кто-то заболевает, у кого-то есть свои нужды, соответственно, есть несостыковки, но все прошло нормально. Когда все строится на сцене, происходит и какая-то шлифовка, оценивается, где сидеть, куда смотреть, откуда будет звучать музыка, видны ли актеры и так далее. Театр идет навстречу, все происходило в нормальном ритме.

- Расскажите о вашей команде во время создания этого спектакля?

-- Айгарс Озолиньш - рижский сценограф, работающий во многих театрах. Ранее моя жизнь была связана с Лиепайским театром и мы много работали вместе. Художник по свету Мартиньш Фелдманис тоже работает в Лиепае, я хорошо его знаю, у нас хороший контакт и это был осознанный выбор работать в такой команде.

– Билеты на премьеру были распроданы, это накладывает дополнительную нагрузку на режиссера?

- Конечно, есть разница, распродаются билеты или не продаются. Если билеты не распроданы, есть плохое чувство. Если их распродали, то есть вопрос, в чем причина этого. Будь то репутация, или предварительные знания об авторе, о режиссере, о творческой команде. Для меня это вторая постановка в Даугавпилсском театре, первая «В будущем году в то же время» тоже была распродана. Допускаю, что это своего рода хорошая репутация. Если это репутация режиссера, это накладывает очень большую ответственность и есть волнение не подвести, это может быть репутация автора (Питер Квилтер), ведь ранее в Даугавпилсском театре была поставлена его работа в «Плененные в снегу», это может быть репутация актерского ансамбля, я могу только догадываться. Если билеты проданы, делается все, чтобы не подвести зрителей.

-- Изучаете ли реакцию на спектакль, эмоции зрителей?

-- Однозначно, исследовательская работа ведется. Контекст мировой ситуации, политический контекст, экономический контекст, все происходит в каком-то контексте. Реакция зрителей немаловажна, потому что в итоге спектакль создается для зрителей, и зрители очень разные. Зрители делают свой выбор, возможно, кто- то ошибся в своем выборе, может прийти и увидеть что-то, что понравится или пережить разочарование. Это нормальный процесс, никогда никому на сто процентов не угодить. Театр жив, когда зал полон, актеры чувствуют энергию, происходит обмен. Фильм никогда не изменится, но в театре спектакль меняется из-за обмена живой энергией.

- Какие у вас размышления об этой постановке?

-- В процессе работы я также связался с автором произведения, он сказал, что это «зеленый» материал, он хотел написать о семье, сделал это быстро и больше не прикасался к нему. Проходя через этот материал вместе с актерами, обнаружился этот зеленоватый оттенок и какая-то пустота, где видно, что автор это не закончил. Автор опытный, его пьесы ставились в более чем 40 странах, в том числе на Бродвее и Ист-Энде, в марте в Лондоне у него запланированы три премьеры. Я приглашал автора и в Даугавпилс, но у него нет времени. Вместе с актерами эту «зелень» пытались заполнить и в основе лежат жизненные принципы. Прочитав работу, первое слово, которое пришло в голову – одиночество. Одиночество в конце жизни, когда остаешься совсем один. Друзья – вещь переменчивая, знакомые - совсем переменчивая, жена или муж – их присутствие зависит от многих причин, у детей есть свои заботы и в конце концов ты остаешься один. Что происходит с человеком? Здесь начинается много слоев, оценивается, что важно. Преимущество получает признание того, что самое важное для человека - это семья, единственное, что имеет истинную ценность. Спектакль - о семье, о семейных ценностях.

Маргерс Эглинскис - актер

Автор Джейн Саулите

Главный герой комедии - некий одинокий отец, его играет в спектакле актер Даугавпилсского театра Маргерс Эглинскис, который проводит параллель со своей жизнью, потому что сам гордый отец трех дам, и в это совсем необычное время важно понять, как воспитывать детей, как поддерживать семейные узы и, в конце концов, как быть счастливым?

-- Как вы думаете, о чем же вообще этот спектакль -- об одиночестве, о семье, о жизни?

- Наверное, надо называть последовательно, о семье, и о любви, и одиночестве. В основном, все-таки о семье, ее значении, о том, что на самом деле мы значимы и важны только для своей семьи. Для других мы не существенны, мы либо выгодны, либо мешаем, семье мы нужны.

- Каков ваш образ в этом спектакле?

- Он фантастический, мне очень нравится этот человек. Гарри - очень любящий муж, который полгода назад, после борьбы с болезнью, потерял жену. Он чувствует себя одиноким, дети навещают его не так часто, как хотелось бы и как им полагается. Гарри требует встречи с детьми и пытается решить сложившуюся ситуацию. Гарри милый, но со своей дозой эгоизма, но это, наверное, свойственно всем нам. В какой-то момент, когда у нас что-то происходит, пробуждается жалость к себе, но долго жалеть себя нельзя.

- Зал будет полон, есть волнение?

- Круто, что есть интерес и люди приходят. На мой взгляд, в Даугавпилсском театре нет проблемы с посещаемостью. Помню, когда я только начинал работать в театре в 1996 году, тогда было совсем по-другому. Была такая установка, что надо было играть, если в зале было на пару человек больше, чем на сцене. У людей, видимо, не было денег, приходило гораздо меньше зрителей. Поэтому, конечно, играть полному залу - это по-другому, другие эмоции, иное слияние со зрителями.

- Какие ваши основные выводы, работая в творческой команде над этой работой?

- Наверное, жизнь нельзя жить правильно или неправильно, жизнь можно жить так, как живешь, и делать лучшее из возможного. У меня три дочери, теперь уже довольно большие, от 17 до 23 лет. Проводя параллели со своей жизнью, отцами и вообще родителями, нужно расти вместе со своими детьми. Ты должен вырасти и понять, что дети уже не дети, они становятся родителями и взрослыми. Я давно понял, что с первого момента, когда ребенок только родился, с каждым днем его задача - отдалиться от родителей, чтобы в итоге стабильно встать на свои ноги. Папе, родителям особо воспитывать ребенка не нужно, надо поддерживать, если где-то тяжело, если падает, нужно подложить подушку, чтобы сильно не ударился. Или, если ребенок упал, надо поднять и сказать, что такое бывает. Принять, что твои дети уже взрослые, - это то, что любой родитель должен понимать и расти с ними. Осознав это, ты достигаешь следующей ступени, как папа, как родитель, как человек.

- Что бы вы посоветовали другим родителям?

- Давать мудрые советы, которых никто не просит, - это не лучшее, что можно делать. Надо давать советы, если у тебя спросят, не настаивать, а рекомендовать. Окончательное решение нужно оставить за ребенком. Даже если очень хочется дать совет, надо подумать, какими словами его произнести, чтобы никого не обидеть непрошеным советом. Нужно уже в раннем возрасте позволять детям решать самим.